ТИЦ Руза заповедная Вконтакте ТИЦ Руза заповедная Фейсбук ТИЦ Руза заповедная Инстаграм
г.Руза, ул.Солнцева, д.9
+7 (49627) 24-814

Писатель Михаил Пришвин жил в Старой Рузе

26 декабря 2018 в 22:10

Писатель Михаил Пришвин очень любил природу. Желание находиться внутри неё не оставляло его никогда. Так ему пришла идея купить домик в Старой Рузе и переехать сюда в 1941 году. Этот дом сохранился до сих пор. Здесь мы публикуем несколько страниц из дневников Пришвина о покупке дома в Старой Рузе, о красотах наших мест и «холодном» лете 41 года.

 

«Дневники Пришвина — блестящая литература, глубокая мысль, уникальное по объему, меткости, подробности описание первой половины XX в. С уверенностью можно говорить, что пришвинские дневники — одна из главных русских книг XX в. «Я стал читать их и поражался, насколько афоризм или выдержка, превращенные в изречение, могут многое выразить, почти заменяя целые книги», — говорил о них Пастернак.

 

3 Июня. С утра +2. Снег.

Купил дом в Старой Рузе. И Овчаренко перекупил у Ряховского. Громов рассказывал, что все это время неба не видел (до того было тяжко жить). И правда, вот именно, что [в] угнетенном состоянии неба не видишь...

Pflicht немецкое на русском значит «послушание»: в точности одно соответствует другому, и то и другое из религии, и то и другое соответствует характеру протестанта и православного.

Блестящие и трагические победы немцев зачеркнуто: вызывают восхищение такое же, как борьба индейских племен с цивилизаторами. И не только это похоже по внешности, но и по существу: там и тут выступает сила рода в своем простом существе: жить хочется - умирать надо (помирать собирайся -рожь сей). В здоровой крови пульсируют простые слова: жить хочется - умирать надо.



22 Июня. Вторые сутки холодно и дождь, зато не летают комары и не выползают клопы из щелей. Рожь выколашивается. Кукушка трудится с утра до ночи, выбивая нам годы. Душа становится на место.

Вчера сам отколотил щиты в своем доме и освободил окошки. Ляля загорается желанием устроить домик.

Начало изучения ландшафта Старой Рузы: мост через р. Москву перейдешь и с шоссе свернешь на тропинку к маленькой лесной речушке Вертушинке. По хорошим кладочкам в три бревна с поручнями переходишь ручей, и перед тобой станет как зеленая ширма высота крутого древнего берега р. Москвы. Налево от мостика вверху высота прямо как ширма стоит, направо она выступает взлобочком, и по взлобочку наша тропинка поднимается круто вверх к церкви на высоте. Почти рядом с церковью, чуть полевей - городище древнее в соснах, самое высокое место, и отсюда с кладбища вид открывается такой замечательный, каких поискать во всей Московской области и едва ли найдешь. Уверяют, будто место это было родиной Ивана Калиты, собирателя Руси, и это до того правдоподобно становится, как глянешь с высоты на лесные угодья, что самому захочется идти с мешком Русь собирать.

У нас с Лялей общая и самая русская черта в характере - это органическая неприязнь ко всякому господству над людьми и даже над имуществом. Вот сейчас Ляля с квартирой в Москве и с домом в Рузе уже начинает тяготиться всем этим. Я же, мне думается, во всякое время готов кого-нибудь наградить своим имуществом и освободиться от всего. Мы с Лялей лесковские «праведники».

У нас с Лялей чувство красоты опирается на природу, у тещи на порядок. Увидав наш домик, она воскликнула: что это будет, когда к этому присоединится порядок! Был у нас спор об этом долгий. Человек она умный, но ограниченный, и потому держится за порядок. Вся мудрость немца содержится в порядке, этим порядком он и господствует. Русский не выносит порядка и мудрость свою находит в послушании (своеволие - это один из этапов к послушанию).

<На полях:  Человек есть то, о чем он думает (сказала Ляля, а может быть, Олег).>  {В авторской машинописи 1943 г. рукой В. Д. Пришвиной приписка: «Нет, он сказал так: “любит человека тот, кто любит мысли его”, что, впрочем, по существу то же самое».}

А может быть, и в самом деле мы с Лялей и лесковские «праведники» не представляем собою типов народного характера, а нас теперь переживает русский народ как духовных представителей своего средневеково-кустарного прошлого.

Сущность кустаря в том, что создаваемые им вещи суть произведения его личности, единственной и неповторимой.

Напротив, большой хозяин (Капитал или Социализм - все равно) создают вещи, независимые от склада способностей и характера их производителя.

Вот я, как художник, чувствую в обезличении продукта смерть всякому искусству, я борюсь за личность художника и тем самым борюсь за все искусство, за всю родину свою.

Но именно вот родина моя перестала быть кустарной, и если художник выходит за пределы своего ремесла и хочет представлять всю родину, тем самым он проповедует реакцию.

Если же он, упрямец, все-таки убежден в необходимости проповеди связи личности человека и его произведения, то он должен привести доказательства всем понятные в том, что торжество личности связано с движением вперед общества, а не с реакцией...

... а если человек есть то, о чем он думает, то не все ли равно, что я мысли свои записываю и в этом я - человек, а другой чем-то иначе выражается, и всякий по-своему выразится непременно, и о личности вообще думать нечего: личность независима...

Так и решают у нас задачу о личности: создай благоприятные условия для всех, а личность сама собой определится. Но вот пришло время и в искусство, во всем искусстве неблагополучие: личности нет, и нет искусства. Что же из этого, неверна ли теория, - устроить всех, а личность устроится сама, или теория верна, но практика плохая: именно все не устроены, потому и личность не образуется...

 

Полная статья опубликована в 4 номере журнала "Руза заповедная"

Все новости